Накануне премьеры спектакля <<Собор Парижской Богоматери>> роль горбуна Квазимодо досталась ветерану театра - актеру Степану Петровичу. Спектакль начинался с того, что Квазимодо в полумраке должен был под звук колоколов пролететь, держась за канат, через всю сцену... Перед премьерой Степан Петрович, как у него было заведено, изрядно принял на грудь. Шатаясь из стороны в сторону, он добрёл до гримёрки, нацепил горб и лохмотья Квазимодо. До начала спектакля остались считанные минуты. Степан Петрович направился к сцене. На сцене полумрак, зазвонили колокола - вдруг через всю сцену, слева направо, пролетел Квазимодо. Затем Квазимодо пролетел справа налево... Затем ещё раз и ещё раз... Раз эдак на шестой Квазимодо остановился посреди сцены и, повернувшись к переполненному залу спиной, держа канат в руке и смотря на кулисы, в полной тишине произнес: - Ну, ё@ твою мать! Я тут как последняя сука корячусь - а эти мудаки ещё занавес не подняли!
В Москве похолодало, а отопление включили не во всех квартирах. Вот у одной бабушки тоже не включили и в квартире у нее холодно. На почве этого у нее замерзли ноги, обычные люди в таких случаях надевает носки потеплее, но бабуля была не из таких и вызвала скорую. Скорая приехала и немного разозлилась: может человеку где-то плохо, а тут бабулька с замерзшими ногами их вызвала. Все бы ничего, но бабулька очень беспокоилась за свое здоровье и никак не хотела верить, что дело в низкой температуте, бабулька хотела себе диагноз и рецепт. Ну плюнул врач и выписал ей рецепт. На следующий день пошла наша героиня в аптеку получать лекарство от замерзших ног, протягивает свой рецепт провизору, а та смотрит на по латыне валенки написано.
